Вронский вел скачку

Едут на обед к товарищу, в самом веселом расположении духа. И видят, хорошенькая женщина обгоняет их на извозчике, оглядывается и, им по крайней мере кажется, кивает им и смеется. Они, разумеется, за ней. Скачут во весь дух.

Но ход ее не изменился, и Вронский, получив в лицо комок грязи, понял, что он стал Вронский вел скачку - то самое, что он и хотел сделать и что ему. Но ходее не изменился, и Вронский, получив в лицо комок грязи, понял, что он стал Вронский вел скачку - то самое, что он и хотел сделать и что ему.

Такой пошлой фразы от Довлатова я не ожидала. Ну да, допился человек чуть ли не цирроза печени, а вот нет у него других несчастий в жизни, кроме как гибель Карениной!.. А то и того хуже… Но я подробно остановлюсь на Набокове позже, а пока продолжу риторически восклицать: так чем же они думают, эти любители пустых лекций и эффектных фраз? С некоторых пор я знаю печальный ответ: они думают глазами. Они прочитывают только то, что легче всего прочитать — то есть то, что нарочно положено автором на самую поверхность, а потом выдают продукт своего элементарного зрительного процесса за некий интеллектуальный креатив.

ТОЛСТОВСКИЙ СБОРНИК №1 1962г - page 40

Скачки должны были происходить на большом четырехверстном эллиптической формы кругу пред беседкой. На этом кругу были устроены девять препятствий: река, большой, в два аршина, глухой барьер пред самою беседкой, канава сухая, канава с водою, косогор, ирландская банкетка, состоящая одно из самых трудных препятствий из вала, утыканного хворостом, за которым, невидная для лошади, была еще канава, так что лошадь должна была перепрыгнуть оба препятствия или убиться; потом еще две канавы с водою и одна сухая, - и конец скачки был против беседки. Но начинались скачки не с круга, а за сто сажен в стороне от него, и на этом расстоянии было первое препятствие - запруженная река в три аршина шириною, которую ездоки по произволу могли перепрыгивать или переезжать вброд. Es beteiligten sich an dem Rennen im ganzen siebzehn Offiziere. Раза три ездоки выравнивались, но каждый раз высовывалась чья-нибудь лошадь, и нужно было заезжать опять сначала. Знаток пускания, полковник Сестрин,начинал уже сердиться, когда, наконец, в четвертый раз крикнул: "Пошел! Все глаза, все бинокли были обращены на пеструю кучку всадников, в то время как они выравнивались.

Толстой Л. Анна Каренина

Едут на обед к товарищу, в самом веселом расположении духа. И видят, хорошенькая женщина обгоняет их на извозчике, оглядывается и, им по крайней мере кажется, кивает им и смеется. Они, разумеется, за ней. Скачут во весь дух. К удивлению их, красавица останавливается у подъезда того самого дома, куда они едут. Красавица взбегает на верхний этаж.

Они видят только румяные губки из-под короткого вуаля и прекрасные маленькие ножки. Ну, молодые люди входят к товарищу, у него обед прощальный. Тут, точно, они выпивают, может быть, лишнее, как всегда на прощальных обедах. И за обедом расспрашивают, кто живет наверху в этом доме. Никто не знает, и только лакей хозяина на их вопрос: живут ли наверху мамзели, отвечает, что их тут очень много. После обеда молодые люди отправляются в кабинет к хозяину и пишут письмо к неизвестной.

Записали страстное письмо, признание, и сами несут письмо наверх, чтобы разъяснить то, что в письме оказалось бы не совсем понятным. Выходит девушка, они дают письмо и уверяют девушку, что оба так влюблены, что сейчас умрут тут у двери.

Девушка в недоумении ведет переговоры. Вдруг является господин с бакенбардами колбасиками, красный, как рак, объявляет, что в доме никто не живет, кроме его жены, и выгоняет обоих. Нынче я ездил мирить их. Оказывается, что это счастливая чета титулярного советника и титулярной советницы. Титулярный советник подает жа- лобу, и я делаюсь примирителем, и каким!

Уверяю вас, Талейран ничто в сравнении со мной.. Мы извинились как следует: "Мы в отчаянии, мы просим простить за несчастное недоразумение". Титулярный советник с колбасиками начинает таять, но желает тоже выразить свои чувства, и как только он начинает выражать их, так начинает горячиться и говорить грубости, и опять я должен пускать в ход все свои дипломатические таланты. Вы понимаете. Они раскаиваются от всей души, просят простить их вину".

Титулярный советник опять смягчается: "Я согласен, граф, и я готов простить, но понимаете, что моя жена, моя жена, честная женщина, подвергается преследованиям, грубостям и дерзостям каких-нибудь мальчишек, мерз...

Опять я пускаю в ход дипломацию, и опять, как только надо заключить все дело, мой титулярный советник горячится, краснеет, колбасики поднимаются, и опять я разливаюсь в дипломатических тонкостях. Вронский поехал во Французский театр, где ему действительно нужно было видеть полкового командира, не пропускавшего ни одного представления во Французском театре, с тем чтобы переговорить с ним о своем миротворстве, которое занимало и забавляло его уже третий день.

В деле этом был замешан Петрицкий, которого он любил, и другой, недавно поступивший, славный малый, отличный товарищ, молодой князь Кедров. А главное, тут были замешаны интересы полка. Оба были в эскадроне Вронского. К полковому командиру приезжал чиновник, титулярный советник Венден, с жалобой на его офицеров, которые ос- корбили его жену. Молодая жена его, как рассказывал Венден, - он был женат полгода, - была в церкви с матушкой и, вдруг почувствовав нездоровье, происходящее от известного положения, не могла больше стоять и поехала домой на первом попавшемся ей лихаче-извозчике.

Тут за ней погнались офицеры, она испугалась и, еще более разболевшись, взбежала по лестнице домой. Сам Венден, вернувшись из присутствия, услыхал звонок и какие-то голоса, вышел и, увидав пьяных офицеров с письмом, вытолкал их.

Он просил строгого наказания. Не проходит недели без истории. Этот чиновник не оставит дела, он пойдет дальше. Вронский видел всю неблаговидность этого дела и что тут дуэли быть не может, что надо все сделать, чтобы смягчить этого титулярного советника и замять дело.

Полковой командир призвал Вронского именно потому, что знал его за благородного и умного человека и, главное, за человека, дорожащего честью полка. Они потолковали и решили, что надо ехать Петрицкому и Кедрову с Вронским к этому титулярному советнику извиняться.

Полковой командир и Вронский оба понимали, что имя Вронского и флигель-адъютантский вензель должны много содействовать смягчению титулярного советника. И действительно, эти два средства оказались отчасти действительны; но результат примирения остался сомнительным, как и рассказывал Вронский. Приехав во Французский театр, Вронский удалился с полковым командиром в фойе и рассказал ему свой успех или неуспех.

Обдумав все, полковой командир решил оставить дело без последствий, но потом ради удовольствия стал расспрашивать Вронского о подробностях его свиданья и долго не мог удержаться от смеха, слушая рассказ Вронского о том, как затихавший титулярный советник вдруг опять разгорался, вспоминая подробности дела, и как Вронский, лавируя при последнем полуслове примирения, ретировался, толкая вперед себя Петрицкого.

Не может же Кедров драться с этим господином! Так ужасно горячился? Только одни французы могут это.. VI Княгиня Бетси, не дождавшись конца последнего акта, уехала из театра. Только что успела она войти в свою уборную, обсыпать свое длинное бледное лицо пудрой, стереть ее, оправить прическу и приказать чай в большой гостиной, как уж одна за другою стали подъезжать кареты к ее огромному дому на Большой Морской. Гости выходили на широкий подъезд, и тучный швейцар, читающий по утрам, для назидания прохожих, за стеклянною дверью газеты, беззвучно отворял эту огромную дверь, пропуская мимо себя приезжавших.

Почти в одно и то же время вошли: хозяйка с освеженною прической и освеженным лицом из одной двери и гости из другой в большую гостиную с темными стенами, пушистыми коврами и ярко освещенным столом, блестевшим под огнями свеч белизною скатерти, серебром самовара и прозрачным фарфором чайного прибора.

Хозяйка села за самовар и сняла перчатки. Передвигая стулья с помощью незаметных лакеев, общество разместилось, разделившись на две части, - у самовара с хозяйкой и на противоположном конце гостиной - около красивой жены посланника в черном бархате и с черными резкими бровями. Разговор в обоих центрах, как и всегда в первые минуты, колебался, перебиваемый встречами, приветствиями, предложением чая, как бы отыскивая, на чем остановиться. Это была княгиня Мягкая, известная своею простотой, грубостью обращения и прозванная enfant terrible.

Княгиня Мягкая сидела посередине между обоими кружками и, прислушиваясь, принимала участие то в том, то в другом. И фраза, не знаю чем, так понравилась им. Разговор был прерван этим замечанием, и надо было придумывать опять новую тему. Дайте ему. Все дело в теме. Если тема дана, то вышивать по ней уже легко. Я часто думаю, что знаменитые говоруны прошлого века были бы теперь в затруднении говорить умно.

Все умное так надоело... Разговор начался мило, но именно потому, что он был слишком уж мил, он опять остановился. Надо было прибегнуть к верному, никогда не изменяющему средству - злословию. Он в одном вкусе с гостиной, от этого он так часто и бывает здесь. Этот разговор поддержался, так как говорилось намеками именно о том, чего нельзя было говорить в этой гостиной, то есть об отношениях Тушкевича к хозяйке.

Около самовара и хозяйки разговор между тем, точно так же поколебавшись несколько времени между тремя неизбежными темами: последнею общественною новостью, театром и осуждением ближнего, тоже установился, попав на последнюю тему, то есть на злословие. Нет, это прелестно! Каждый имел что сказать в осуждение и осмеяние несчастной Мальтищевой, и разговор весело затрещал, как разгоревшийся костер. Муж княгини Бетси, добродушный толстяк, страстный собиратель гравюр, узнав, что у жены гости, зашел пред клубом в гостиную.

Неслышно, по мягкому ковру, он подошел к княгине Мягкой. Как вы меня испугали, - отвечала она. Лучше я спущусь до вас и буду говорить с вами про ваши майолики и гравюры. Ну, какое там сокровище купили вы недавно на толкучке? Хотите, я вам покажу? Но вы не знаете толку. Я выучилась у этих, как их зовут... Они нам показывали. Они нас звали с мужем обедать, и мне сказывали, что соус на этом обеде стоил тысячу рублей, - громко говорила княгиня Мягкая, чувствуя, что все ее слушают, - и очень гадкий соус, что-то зеленое.

Надо было их позвать, и я сделала соус на восемьдесят пять копеек, и все были очень довольны. Я не могу делать тысячерублевых соусов.

Эффект, производимый речами княгини Мягкой, всегда был одинаков, и секрет производимого ею эффекта состоял в том, что она говорила хотя и не совсем кстати, как теперь, но простые вещи, имеющие смысл. В обществе, где она жила, такие слова производили действие самой остроумной шутки. Княгиня Мягкая не могла понять, отчего это так действовало, но знала, что это так действовало, и пользовалась этим. Так как во время речи княгини Мягкой все ее слушали и разговор около жены посланника прекратился, хозяйка хотела связать все общество воедино и обратилась к жене посланника: - Решительно вы не хотите чаю?

Вы бы перешли к нам. Нет, нам очень хорошо здесь, - с улыбкой отвечала жена посланника и продолжала начатый разговор. Разговор был очень приятный. Осуждали Карениных, жену и мужа. В ней есть что-то странное, - говорила ее приятельница.

У Гримма есть басня: человек без тени, человек лишен тени. И это ему наказанье за что-то. Я никогда не мог понять, в чем наказанье. Но женщине должно быть неприятно без тени. Мужа ее я не люблю, а ее очень люблю. Он такой замечательный человек, - сказала жена посланника.

Я шепотом говорю это... Не правда ли, как все ясно делается?

Анна Каренина. Не божья тварь

Метод интервальных повторений для пополнения словарного запаса английских слов. Встроенный словарь. Аналог метода Ильи Франка по изучению английского языка. Всего 772 книги и 2294 познавательных видеоролика в бесплатном доступе.

Анна Каренина. Часть вторая

Анна Каренина. Часть вторая XXV Всех офицеров скакало семнадцать человек. Скачки должны были происходить на большом четырехверстном эллиптической формы кругу пред беседкой. На этом кругу были устроены девять препятствий: река, большой, в два аршина, глухой барьер пред самою беседкой, канава сухая, канава с водою, косогор, ирландская банкетка, состоящая одно из самых трудных препятствий из вала, утыканного хворостом, за которым, не видная для лошади, была еще канава, так что лошадь должна была перепрыгнуть оба препятствия или убиться; потом еще две канавы с водою и одна сухая, — и конец скачки был против беседки. Но начинались скачки не с круга, а за сто сажен в стороне от него, и на этом расстоянии было первое препятствие — запруженная река в три аршина шириною, которую ездоки по произволу могли перепрыгивать или переезжать вброд. Раза три ездоки выравнивались, но каждый раз высовывалась чья-нибудь лошадь, и нужно было заезжать опять сначала. Все глаза, все бинокли были обращены на пеструю кучку всадников, в то время как они выравнивались.

ПОСМОТРИТЕ ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Скачки

Лев Николаевич Толстой Анна Каренина. Часть вторая Версия 1. Сверка произведена по Собранию сочинений Л. Толстого в двенадцати томах, изд-во "Правда", Москва, 1987 г. Разрешено свободное распространение при условии сохранения целостности текста включая данную информацию.

Вронский обошел Махотина, но он чувствовал его сейчас же за собой и, Вронский вел скачку — то самое, что он хотел сделать и что ему советовал. Вронский вёл скачку — то самое (1) что он и хотел сделать (2) и (3) что ему советовал Корд (4) и теперь он был уверен в успехе. В первые минуты Вронский еще не владел ни собою, ни лошадью. . Вронский вел скачку - то самое, что он и хотел сделать и что ему советовал Корд.

А каково было утро после скачек и после ночного визита к Анне у Вронского? И выходило, что денег не так уж много. Он решил занять денег у ростовщика и продать скаковых лошадей. Анна, в нынешнем представлении Вронского, была порядочной женщиной.

.

.

.

.

.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Сцена скачек из фильма "Анна Каренина", в которой работали наши трюковые лошади. 2016г.
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментариев: 0
  1. Пока нет комментариев...

Добавить комментарий

Отправляя комментарий, вы даете согласие на сбор и обработку персональных данных